Получите пенсионный трудодень

048_e2.jpg

Предлагаемая правительственными экспертами формула делает государственную пенсионную систему псевдонакопительной — будущие пенсионеры будут копить не деньги, а баллы, опосредованно с ними связанные.


Осенью прошлого года Минтруда предложило лишить пенсионную систему формального накопительного компонента. После ожесточенных, продолжительных дискуссий (с непременным выходом на президента) правительство решило сохранить накопительный элемент для страховой части пенсии. Одновременно были предложены меры для побуждения к добровольному повышению пенсионного возраста, а также для сокращения контингента пенсионеров (увеличение минимальных требований к стажу/накоплениям, ликвидация льгот по досрочному выходу на пенсию, отказ в пенсиях работающим и др.).

Предлагаемая Минтруда к введению с 2015 года пенсионная формула создана рабочей группой Татьяны Малевой, куда входили представители Академии народного хозяйства и Центра стратегических разработок. На первый взгляд формула усиливает элементы накопительности в страховой части пенсионного капитала и удаляет из нее элементы уравнительности в виде отчислений 6% зарплаты в общий котел (то есть неперсонифицированного учета) и назначения фиксированного базового размера пенсии (ФБР) всем пенсионерам.

Базовую пенсию по старости предлагается сохранить лишь для тех, у кого к 65 годам не набирается 30 лет стажа с зарплатой не ниже 2 МРОТ (при условии постоянного проживания в РФ больше 15 лет).

Однако исходя из задачи — сбалансировать текущие доходы и расходы Пенсионного фонда безотносительно к изменениям демографической ситуации в стране — накопительность в предлагаемой формуле реализована не в деньгах, а в баллах, которые при ежегодном расчете пенсии будут накладываться на денежную базу, определяемую текущими доходами ПФ и числом пенсионеров, взвешенным пропорционально накопленным каждым из них количеством баллов.

Таким образом, у будущего пенсионера в этой системе есть понимание, что он будет получать пенсию (страховую, без учета базовой) в N раз больше того, кто платит в Пенсионный фонд в N раз меньше, что хорошо. Но нет понимания того, какую часть выплаченных денег с учетом альтернативной доходности он получит назад, что плохо.

Это напоминает оплату по трудодням в советских колхозах с последующим наложением их на денежную и натурпродуктовую базу, получаемую делением на сумму трудодней общего дохода колхоза, так что итог часто оказывался нулевым (гарантированную оплату и пенсии для колхозников ввел только Брежнев). Система трудодней не слишком стимулировала крестьян к ударному труду.


История вопроса


В 2002 году в России была запущена накопительная (в основных своих чертах) пенсионная система, разработанная на деньги Всемирного банка и в значительной мере по его лекалам. Реформа была весьма прогрессивным шагом. Прежде всего потому, что ставила пенсионные права участника обязательного пенсионного страхования в линейную зависимость от размера уплаченных в систему взносов. Во-вторых, потому, что вводила гарантии возврата государством в виде пенсий всей суммы взносов, уплаченных участником (точнее, его работодателем, за исключением самозанятого населения). Закон предусматривал индексацию даже для той части пенсионных обязательств правительства, которые явно не признавались накоплениями. Это так называемый страховой пенсионный взнос в размере 16% зарплаты, а для лиц старше 1967 года рождения вообще весь расчетный пенсионный капитал. Индексация гарантировала доходность расчетного пенсионного капитала примерно на уровне темпа прироста средней зарплаты (правда, не выше роста доходов Пенсионного фонда на одного пенсионера, который в реальности оказывался несколько меньше).

На практике уровень доходности пенсионного капитала в страховой части был даже выше, чем для накопительной, из-за быстрого роста реальной зарплаты по мере улучшения условий торговли и укрепления рубля. Вводя такой принцип определения доходности страховых пенсионных накоплений, превышающий уровень доходности от консервативных инвестиций, государство брало на себя чрезмерные обязательства, предопределяющие рост нагрузки на нефтегазовые доходы бюджета.

Обычное возражение против накопительной пенсионной системы состоит в том, что пенсионеры в любом случае черпают из того же котла ВВП. Так что рост их относительного количества неизбежно создает дополнительную нагрузку на работников или на бюджет. Но так выглядит ситуация только применительно к текущему бюджетному балансу. В долгосрочном плане накопительная система сбалансирована, поскольку каждый работник получает (разумеется, в виде математического ожидания, поскольку речь идет о вероятностных процессах дожития до определенного возраста) ровно столько, сколько внес, с учетом накопленной доходности.

Проблема государства лишь в правильном выборе и начислении этой доходности, чтобы не превратить пенсионные накопления в пирамиду. Ведь если человек копит пенсионный капитал в виде банковского вклада или покупает вторую квартиру для сдачи ее в аренду на пенсии, то ни ему, ни банку нет дела до демографии и других макроэкономических сдвигов — их полностью несут в себе изменения процентной ставки, арендной платы и т. д.

В случае определения доходности пенсионного капитала по реальной процентной ставке, примерно равной темпу роста ВВП, и такому же темпу роста реальных доходов бюджета (имеется в виду расширенный бюджет с учетом доходов пенсионного фонда) в долгосрочном плане не возникает разбалансировки и «пирамидальности» роста расходных обязательств бюджета. Возможны только текущие, кассовые разрывы в ходе демографических переходных процессов, которые должны закрываться созданием стимулов к улучшению текущей пропорции между работающими и пенсионерами, а также специальными займами.

Но вот при индексации пенсионного капитала на уровне роста реальной зарплаты, как это заложено в действующей у нас сегодня пенсионной системе, эффект пенсионной пирамиды возможен. Это будет происходить в том случае, когда реальная зарплата опережает рост ВВП. Поэтому в реформировании нуждаются лишь два компонента действующей пенсионной системы.

Во-первых, требуется корректная, сбалансированная индексация пенсионного капитала в ходе его накопления, например путем перевода всех страховых взносов (22% зарплаты) в накопительную часть (с правом вывода, как сегодня, до 6% из этих 22% под управление негосударственных компаний со снятием с государства обязательств и гарантий в этой части, кроме надзорных).

На практике же происходит обратное движение. Ограничив сегодня накопительную часть «молчунов» 2% от зарплаты, правительство решило для себя бухгалтерскую задачу уменьшения трансферта Пенсионному фонду. Но в долгосрочной перспективе это лишь ухудшит бюджетный баланс, поскольку страховая часть пенсионных взносов индексируется по более высокой ставке, чем накопительная.

Кроме того, необходимо выделение в составе дефицита госбюджета части, возникающей в связи с разрывом в поступлении пенсионных взносов и финансированием пенсионных расходов. Другими словами, стоит выделить непенсионный дефицит из общего бюджетного дефицита — примерно так же, как выводится из него ненефтегазовый дефицит. Следить надо за стабильностью или соответствием тому или иному бюджетному правилу именно непенсионного дефицита, допуская увеличение госдолга на сумму, связанную с разрывом пенсионных доходов и расходов. Фактически речь идет о маневрировании величиной госдолга в унисон с демографическими процессами.


Правило устойчивости


Поскольку накопительная система устроена по тому же принципу, что и госдолг, то и принципы ее устойчивости в целом те же, что и для госдолга. А именно: чтобы размер долга в отношении ВВП оставался стабильным, надо, чтобы первичный, без учета процентов, дефицит в отношении к долгу был меньше реальной процентной ставки за вычетом темпа экономического роста. А если ставка выше темпа роста экономики, то надо иметь первичный профицит бюджета (то есть превышение доходов над расходами без учета процентных платежей по госдолгу).

Аналогично устойчивость накопительной пенсионной системы будет соотношением разницы между взносами и выплачиваемыми пенсиями, зависящими от демографии, и между доходностью пенсионных накоплений (при инвестировании в ОФЗ она соответствует реальному проценту по госдолгу) и темпом прироста ВВП. Таким образом, если ставка страховых пенсионных взносов подобрана правильно, а доходность ОФЗ находится на уровне, исключающем «пирамидальное» разрастание госдолга, то и пенсионная система будет долгосрочно сбалансирована. Бюджетные трансферты могут понадобиться лишь для устранения временных кассовых разрывов.

Был произведен расчет, основанный на довольно реалистичном и даже, можно сказать, пессимистичном демографическом прогнозе, а именно на сохранении существовавших в 2011–2012 годах паттернов смертности и рождаемости. При рассматриваемых условиях население России, без учета миграции, будет стремиться к стабильному (то есть с постоянной половозрастной структурой), естественная ежегодная убыль при этом — около 1%. Значит, к концу 2050 года население России достигнет 106 млн человек, при этом число достигших пенсионного возраста останется практически на нынешнем уровне — 30,5 млн против сегодняшних 33 млн человек.

Согласно данному сценарию пенсионная система сохранит устойчивость (то есть стабильный уровень пенсионного долга по отношению к ВВП) в долгосрочной перспективе при следующих параметрах. Эффективная ставка пенсионных взносов (с учетом серой зарплаты) — 15%, коэффициент замещения — 40% к средней заплате при оформлении пенсии сразу же по достижении пенсионного возраста (60 и 55 лет соответственно для мужчин и женщин, увеличение коэффициента замещения в результате добровольной отсрочки этого возраста не влияет на долгосрочный баланс пенсионной системы), индексация пенсионного аннуитета как минимум на темп инфляции, реальная процентная ставка (доходность ОФЗ) на уровне душевого роста ВВП — 3% в год. Если же темп роста ВВП окажется меньшим, то есть основания полагать, что и доходность ОФЗ (и, соответственно, пенсионных накоплений) снизится, хотя между ними и нет прямой связи, и, стало быть, в такую систему встроены некие автоматически стабилизаторы.

Вместе с тем в краткосрочной перспективе пенсионной системе могут понадобиться определенные ссуды на восполнение текущих кассовых разрывов из-за колебаний в доходности накоплений или демографии. В идеале такие ссуды должны быть не банковскими, а бюджетными и беспроцентными.


Накопительная система нужна


Говоря о преимуществах накопительных пенсионных систем, часто приводятся два утверждения: первое — организованная система пенсионных накоплений заставляет откладывать деньги на старость тех, кто без нее этого, возможно, не сделал бы; второе — система пенсионных накоплений создает сначала дополнительные сбережения, а потом и дополнительный ВВП, за счет которого и живут будущие пенсионеры.

Если первое утверждение абсолютно верно, то второе — ложно. Вспомним советский лозунг «Храните деньги в сберегательной кассе». Можно подумать, что такой способ хранения давал государству какие-то дополнительные сбережения, которые оно могло инвестировать и получить дополнительный прирост национального дохода. Но нет. Фактически и при хранении в виде наличных, и в сберкассе клиент покупал советский госдолг (как сегодня, покупая доллары, приобретает госдолг США). В чем же был смысл для государства? В том, что оно снижало ликвидность сбережений (денежной массы), делая их величину более стабильной и предсказуемой, уменьшая инфляционные риски. Примерно то же происходит и в организованной пенсионной системе: государство купирует некий потенциально дестабилизирующий экономику процесс, в данном случае проблему бедности в старости, или разрастания бюджетного дефицита.

Почему пенсионная система в нынешнем виде проигрывает банкам в привлекательности взносов в нее, даже несмотря на то, что доходность их с учетом индексации в итоге была, наверное, выше? Вопрос в том, сколько государство будет должно вкладчикам через сорок лет. Представьте, вы пришли в Сбербанк за вкладом, сделанным год назад, а вам говорят: в прошлом году вкладчиков было много, а сейчас — вдвое меньше, поэтому мы вам должны ровно половину того, что взяли. Это и есть суть пенсионной системы, предлагаемой сейчас правительством. Так нужно ли нести деньги в такой банк или постараться уклониться от его захватывающих предложений?

Но почему бы тогда не легализовать уклонение от государственной системы пенсионного страхования в пользу стихийных банковских вкладов и иных форм инвестирования «на старость»? Однако предоставить полное право копить на старость самостоятельно, оставив только обязательную базовую пенсию, как предлагал ИЭП в прошлом году, в нашей стране сильно преждевременно. Советская власть укоренила представление, что пенсионное обеспечение в любом случае забота государства. Да и ментальность наша в массе не такова, чтобы планировать такие долгосрочные горизонты. В итоге сильно перегрузится бюджет из-за вынужденных выплат основной массе стариков прожиточного минимума пенсионера, да и проблема бедности и недовольство сильно обострятся.    


55524.jpg







Автор: Сергей Журавлев
Источник: «Эксперт» №23 (854)

10 Июня 2013 11:45
Версия для печати
поделиться...

Стань успешным

инвестором

Рейтинг акций
Магнит8.84
Соллерс8.60
МТС8.58
АФК "Система"8.46
Армада8.38
М-Видео8.34
Лукойл8.32
МегаФон8.27
Рейтинг акций компаний