Почему он такой богатый?

22_824_072.jpg


Богатейший человек в мире — Уоррен Баффетт — продолжает диверсифицировать свой бизнес. Его новая инвестидея — эпидемии диабета.


Компания Уоррена Баффетта Berkshire Hathaway сообщила о приобретении более 10% акций американского производителя искусственных почек DaVita. Для Berkshire Hathaway сделка неординарна. В управлении DaVita находится более 1800 диализных центров, ее пациентами являются 150 тыс. человек. Это сравнительно молодой бизнес — компания образована в 1994 году. Berkshire Hathaway уже почти 50 лет инвестирует лишь в традиционные секторы экономики и в компании с более серьезной историей, а ее глава Уоррен Баффетт всегда держался подальше от любых инноваций. Но нежелание инвестировать, например, в хайтек и другие модные отрасли совсем не помешало Баффетту сколотить состояние как для себя, так и для своих партнеров по Berkshire.


Никого не слушать

Простой парень из провинциального города Омаха в штате Небраска. Ездит на подержанной «Хонде», питается в забегаловках фастфуда, живет в доме, купленном полвека назад за 31,5 тыс. долларов. За таким имиджем скрывается один из самых богатейших людей в мире — гуру инвестиций, сколотивший состояние на фондовом рынке. Восьмидесятидвухлетний Уоррен Баффетт — сын банкира, позже ставшего конгрессменом. Свою первую сделку с акциями он совершил в одиннадцать лет, а в двенадцать уже твердо решил стать миллионером. К двадцати годам Баффетт окончательно сосредоточился на рынке ценных бумаг.

С самого начала Баффетту везло: он поступил в Колумбийский университет, где познакомился с преподавателем Бенджамином Грэхемом, практиком и теоретиком инвестиций. Его книга «Разумный инвестор» до сих пор является библией торговли акциями. Главный мессидж книги — игнорировать спекулятивные настроения Уолл-стрит и методично скупать акции компаний, которые торгуются ниже своей балансовой стоимости, то есть стоимости активов. Баффетт не только учился у Грэхема, но и работал с ним и очень много перенял у своего учителя. Собственно, Баффетт и стал тем самым разумным инвестором.

«Подход Баффетта в управлении финансами заключается в инвестировании, а не в спекуляции, — говорит портфельный управляющий УК “Альфа-Капитал” Андрей Дьяченко. — Это разделение понятий было предложено в первой половине двадцатого столетия учителем Баффетта Бенджамином Грэхемом. С тех пор оно стало классическим. И Баффетт только укрепляет позиции этого определения». В двух словах суть подхода в том, чтобы именно инвестировать, то есть становиться совладельцем бизнеса. А это, в свою очередь, означает, что нужно детально знать и понимать бизнес, в который «входишь». «Становясь совладельцем, понимая и принимая бизнес, ты получаешь всю совокупность изменения ценности этого бизнеса — не путать со стоимостью, — продолжает Дьяченко. — Подход кажется весьма несложным. По крайней мере, в мире есть много специалистов, которые освоили в теории и применяют на практике этот подход. И именно здесь проявляется уникальность Баффетта как финансиста и инвестора. Пользуясь общедоступным методом и информацией, он достиг результатов, которых не достигли другие. То есть одной теории, очевидно, недостаточно».

Что же Баффетт делает на практике?
Развернутых интервью гуру практически не дает, а его письма акционерам Berkshire Hathaway носят общий характер, но, судя по сделкам, Баффет действительно поступает довольно просто и не оглядывается на других. «Баффетт уникальным образом чувствует конъюнктуру рынка. Он всегда смотрел в суть. Его невозможно было сбить с главного курса, — говорит Марк Гарбер, председатель совета директоров GHP Group. — Вот, к примеру, мир будет пользоваться электроникой. Электроника — это определенный набор металлов, например тантал, так как он будет востребован. Но на рынке могут говорить, что тантал — это не перспективно, статистика по танталу волатильна, у компаний, которые занимаются танталом, неправильные показатели, и большинство спекулянтов так и не вложатся в этот металл. Но если купить тантал, то через десять лет можно получить замечательный доход. И вот Баффетт всегда пользуется здравым смыслом и смотрит сквозь время». Но в последние годы Баффетту стало еще проще пренебрегать мнением Уолл-стрит — хотя бы потому, что теперь Уолл-стрит подстраивается под него. «Сейчас, если Баффет вкладывается в какой-то актив, это само по себе мощный двигатель стоимости этого актива. Это своего рода пирамида, во главе которой стоит Баффетт», — заключает Гарбер. Например, в последние два года Berkshire Hathaway наращивает присутствие в IBM. С тех пор ее акции выросли на 50%.


Сам себе гуру


Вернемся на полвека назад. В 26 лет Баффетт решает, что готов к самостоятельности, возвращается в Омаху и создает свое первое товарищество — Buffett Associates. Несмотря на то что его личное состояние тогда составляло 140 тыс. долларов, он вложил в новое дело лишь 100 долларов. От знакомых и родственников Баффетт смог привлечь 105 тыс. долларов, и за пять лет вложенные деньги приросли на 250%.

Пожалуй, самую важную — хотя и не самую удачную — сделку в своей жизни Уоррен Баффетт совершил в 1962 году, в 32 года. Его привлекла текстильная компания Berkshire Hathaway, влачившая жалкое существование, как и вся текстильная промышленность США. Интерес Баффетта объяснялся просто: оборотные активы на балансе предприятия были вдвое больше его рыночной капитализации. В отличие от более поздних сделок поглощение Berkshire Hathaway было враждебным, а Баффетт вопреки своим принципам, которые сформулировал лишь двадцать лет спустя, активно вмешивался в руководство предприятием, но это помогло мало. От текстильного профиля компании пришлось отказаться, все производства были закрыты, а вот головная компания Berkshire Hathaway стала ядром нового холдинга, и именно на ее баланс поступали все приобретаемые впоследствии активы. В 2010 году Баффетт заявил, что покупка Berkshire Hathaway была крупнейшей инвестиционной ошибкой, которую он когда-либо совершал, и утверждал, что она обошлась ему в 200 млрд долларов с учетом роста бизнеса в последующие сорок пять лет. По словам Баффетта, если бы он инвестировал деньги в страховой бизнес, а не в Berkshire Hathaway, эти вложения окупились бы в сотни раз.

В следующий раз Баффетт смог с успехом воспользоваться моментом в 1967 году. Тогда в США был принят закон о социальной помощи, в результате чего страховые компании получили небывалые льготы. Баффетт быстро сообразил, какую выгоду это несет, и в 1970-е приобрел пять страховых компаний. Именно с этого момента начался серьезный рост активов Berkshire Hathaway, что принесло Баффетту деньги и славу. Стоит отметить, что ценность страхового бизнеса не в активах, как у большинства компаний, а в пассивах. Страховые компании должны привлечь как можно больше средств, чтобы последующие страховые выплаты были меньше суммы привлеченных средств. Если это правило выполняется, то страховой бизнес прибыльный, а капитал привлекается под отрицательную ставку. Иными словами, делая ставку на страхование, Баффет смог зарабатывать сразу и на пассивах, и на активах.

Вход в страховой бизнес холдинга Berkshire Hathaway определил его будущее на много лет вперед. В 1980–1990-е 80% активов Баффетта было сосредоточено именно в страховом бизнесе. Да и сейчас на долю страховых компаний в Berkshire Hathaway приходится 65% (см. график 1).


24_073-1.jpg


Кстати, именно страховые компании холдинга приобретают акции публичных американских корпораций (то есть это не личные покупки Баффетта, а размещение страховых резервов на рынке). Вложения в публичные активы не самые крупные инвестиции Berkshire Hathaway (менее 20% от совокупных активов; см. график 2). Но эта часть портфеля максимально освещается в СМИ и привлекает самое большое внимание поклонников гуру из Омахи. Больше делать ничего не надо — рынки сами вынесут эти компании на новые высоты. «Все знают, что у Уоррена Баффетта получается хорошо зарабатывать, поэтому, узнав о том, что Баффет купил акции той или иной публичной компании, инвесторы, да и журналисты порой, норовят купить себе эти же акции», — рассуждает генеральный директор «КапиталЪ Управление активами» Андрей Гриценко.


24_073-2.jpg


И стратегия Berkshire Hafrtway вовсе не консервативная. Пассивы, генерируемые страховым бизнесом, требуют максимально возможной сохранности, и вкладывать их в акции предприятий, какими бы надежными они ни казались, довольно рискованно. Но Баффетт может себе это позволить (хотя, конечно, гособлигации и наличность тоже хранятся на счету Berkshire Hathaway).


Инфраструктура не обманет


Помимо страхового бизнеса и акций публичных компаний холдинг Berkshire Hathaway занимается прямыми инвестициями. Он контролирует около 60 предприятий в таких секторах, как издательское дело, ювелирный бизнес, производство мебели, ковров, стройматериалов. Баффетт предпочитает не миноритарный и даже не блокирующий, а контрольный пакет, чтобы иметь возможность досконально вникать во все происходящее с бизнесом. И это тоже нельзя сбрасывать со счетов тем мелким акционерам, которые мечтают быть как Баффетт, но не имеют такой же возможности держать компанию под контролем.

Однако самые лакомые куски Berkshire Hathaway сосредоточены в инфраструктурных секторах. Вложениями в эти отрасли Баффетт занялся сравнительно недавно — в 2000-е.

 Так, в 2000 году была закрыта сделка по покупке генерирующей энергокомпании MidAmerican за 9 млрд долларов. В 2003 году у Wal-Mart Stores была куплена McLane Company — логистическая компания, обслуживающая 20 тыс. клиентов на территории США. А в 2009 году Berkshire Hathaway осуществила самую масштабную сделку в своей истории — приобрела железнодорожную компанию Burlington Northern Santa Fe за 26 млрд долларов, тем самым доведя долю инфраструктурных компаний в своих активах до 30%.

Последние вложения отлично отражают инвестиционный подход Баффетта: во-первых, это покупка надежных инфраструктурных компаний, способных генерировать стабильный денежный поток, во-вторых, это долгосрочные вложения с практически полным выкупом компаний на баланс Berkshire Hathaway. Тоже довольно далекая история от доступной рядовому инвестору покупки акций на бирже. «Непубличные компании — это прямые инвестиции, которые требуют серьезных денег, а отдача по ним возможна через пять-десять лет», — уточняет Андрей Гриценко. Так что сам Баффет предпочитает долгосрочные инвестиции и того же ждет от акционеров Berkshire Hathaway.


Чем дольше, тем лучше


Сегодня акции Berkshire Hathaway — это самые дорогие бумаги, обращающиеся на Нью-Йоркской фондовой бирже. Голосующие акции класса A стоят более 130 тыс. долларов за штуку. С 1965 года они выросли в цене в 3 тыс. раз — а индекс S&P-500, например, лишь в 50 раз. Портфель Баффетта показывает и антикризисную устойчивость. Так, с 1990 года акции его компании выросли в 16,8 раза, тогда как индекс S&P — всего в 4,2 раза (см. график 3).


24_074_3.jpg


Несмотря на столь существенный рост курсовой стоимости, компания ни разу не проводила дробление бумаг. Это сознательная политика: Баффетт хочет минимизировать количество спекулянтов в своих акциях. Очень дорогой акцией сложно спекулировать. Да и не у каждого инвестора будет такая сумма, что является еще и цензом на финансовую состоятельность.

При этом сам Баффетт не имеет каких-либо существенных активов, помимо акций Berkshire Hathaway, и живет на скромную зарплату от компании — 100 тыс. долларов в год, что в сотни раз ниже миллионных заработков глав корпораций США.

Вообще, об аскетичности Уоррена Баффетта ходят легенды. Сам он неприхотлив и тратит на себя мало. Зачастую его можно увидеть в сильно поношенных подтяжках и галстуках, которые не меняются по нескольку месяцев. Офис величайшего инвестора обставлен недорогой пластиковой мебелью. Веб-сайт компании Berkshire Hathaway с активами более 400 млрд долларов был создан еще в начале прошлого десятилетия, а на главной странице до сих пор можно обнаружить документы, датированные 2003 годом. Сайт, кстати, хорошо отражает отношение Уоррена Баффетта к новым технологиям. Например, IBM потребовалось сто лет безупречной истории, прежде чем Баффетт добавил бумаги высокотехнологичного гиганта в свой портфель. А все новые явления на IT-рынке, такие как социальные сети или поисковики, вызывают у него лишь отторжение. Инвестиции в Apple, FaceBook и Google Баффетт считает слишком рискованными, потому что не знает их действительной стоимости.

Поэтому покупка более 10% акций молодой компании DaVita выглядит необычно. Возможно, Баффетт знает об этой компании что-то, чего не знают другие. «У Баффетта гораздо больший доступ к информации, чем у среднестатистического инвестора. Человек, который общается с первыми лицами крупнейших компаний, естественно, более информирован. Он, как маршал, который управляет армиями и знает больше офицера, который видит только кусочек своего фронта», — комментирует принятие решений в Berkshire Hathaway Марк Гарбер. Вот и сейчас Баффетт вряд ли прогадал: за последний год акции DaVita выросли на 80% и торгуются на историческом максимуме. Аналитики поспешили заявить, что Баффетт со свойственной ему инвестиционной дальнозоркостью просто сделал ставку еще на одну явную тенденцию — эпидемию диабета в США и во всем мире. Дело в том, что именно диабетики в последнее время все чаще попадают в клиники с почечной недостаточностью, и эта тенденция, увы, будет только расти. Можно также сказать, что Баффетт снова вложился в инфраструктуру — на сей раз медицинскую. На этом фоне в США уже начали дорожать акции других медицинских компаний — производителей лекарств для диабетиков.


Россия пока в стороне


Вообще, тренд на диверсификацию активов Berkshire Hathaway наблюдается уже несколько лет. Почти всю свою историю холдинг ограничивался компаниями из США, а сейчас начал экспансию на рынки развивающихся стран. В Китае Berkshire Hathaway инвестировала в нефтяную компанию Petro China и автопроизводителя BYD. В начале 2011 года был куплен небольшой пакет акций бразильской сельскохозяйственной компании Brasil Foods. Кроме того, Berkshire владеет долей в южнокорейской сталелитейной Posco, а израильская Iscar Metalworking, принадлежащая инвестиционной империи Баффетта, в 2008 году приобрела 71,5% японского производителя оборудования для автомобилей и самолетов Tungaloy.

А вот до инвестиций в Россию, одну из стран БРИК, Berkshire пока не дошла. Почему же уникальный и гениальный Баффетт не вкладывает в Россию? «Это скорее философский вопрос. Точный ответ на него может дать только Уоррен Баффетт. Можно лишь предположить, что он не видит в России интересных объектов. Возможно, в силу неблагоприятного инвестиционного климата или сильной зависимости бизнеса от власти», — рассуждает Андрей Гриценко. А Андрей Дьяченко связывает невнимание Баффетта к России с молодостью нашего рынка: «Российский рынок еще не успел повзрослеть до возможности применения к нему подхода Баффетта в его классическом виде. С точки зрения этого подхода наш рынок все еще остается больше спекулятивным, чем инвестиционным. Но здесь следует сделать уточнение: есть фонды, которые исповедуют инвестиционный подход и вкладывают в Россию и только в Россию. Их немного. По крайней мере, меньше, чем хотелось бы. И они молоды, если сравнивать с Баффеттом».

И хотя прямых вложений в российские акции Баффетт не делает, компании, акционером которых он является, уже давно присутствуют на российском рынке. Когда российские потребители покупают баночку Coca-Cola, подгузники Pampers или шоколадку Alpen Gold, они делают Уоррена Баффета еще немножечко богаче.







Автор: Евгений Огородников
В подготовке материала принимала участие Евгения Обухова
Источник: «Эксперт» №42 (824)

22 Октября 2012 12:12
Версия для печати
поделиться...

Похожие материалы:

Стань успешным

инвестором

Рейтинг акций
Магнит8.84
Соллерс8.60
МТС8.58
АФК "Система"8.46
Армада8.38
М-Видео8.34
Лукойл8.32
МегаФон8.27
Рейтинг акций компаний